|
|
|
ЦАРСТВО
ПЕТРА I - "ВЕЛИКОЕ ПОСОЛЬСТВО" |
|
Переняв
правление страной в свои руки,
Петр посвятил еще пять лет на
военные "потехи", учения и
маневры на суше, а затем на Яузе и
Переяславском
озере (северо-восточнее Москвы).
"Потешные" полки
окончательно сформировали ядро
новой армии - Преображенский и
Семеновский полки, в будущем
лучшие гвардейские полки,
прославленные во многих военных
походах. На формирование новой
армии большое влияние имели
иностранцы из т.наз. Немецкой
Слободы рядом с Москвой, где
впрочем проживали не только немцы,
но и голландцы, французы и
шотландцы. Самым большим доверием
молодого царя пользовались
шотландец Патрик Гордон (1635-1699),
уже многие годы пребывающий на
русской службе, и швейцарец Франц
Лефорт (1655-1699), который положил
большие заслуги в строительстве
русской армии и флота. |
 |
В то
время Петр проявил себя как
неутомимый труженик, первым делом
в военной области, но не только в
ней: преисполненный тягой к
знаниям, особенно техническим, он
занимался математикой и
инженерией и проявлял большой
интерес к естествознанию, обо
всем подробно и с интересом
расспрашивая у своих наставников
и советников. Петр любил работать
физически и не боялся утомления,
особенно потому, что он был
здоровым, сильным и крепко
сложенным. Петр досконально
выучил много ремесел, а лично им
сделанные предметы до сих пор
украшают музейные коллекции. В
молодости он выучил голландский и
немецкий языки и всю жизнь
свободно ими пользовался. Вообще
Петр приблизил к себе многих
немцев, которые во время
правления Софьи оказывали ему
неоценимые услуги; именно на то
время приходится начало
становления влияния немецкого
элемента в России. Позже, проводя
всевозможные реформы, Петр ввел
немецкую номенклатуру в разные
области государственного
делопроизводства. Темперамент и
рабочая жизнедеятельность не
позволяли ему долго
оставаться на одном месте,
поэтому Петр много путешествовал
и уже в первые годы своего
правления он часто передвигался
между Москвой и Архангельском,
где по его приказу в 1693 г. была
основана первая судоверфь. Делами
государственными Петр
первоначально особенно не
интересовался, оставляя их матери
и приближенным боярам. При нем
начались головокружительные
карьеры некоторых товарищей
молодости Петра, даже тех, кто
происходил из общественных низов.
Наибольшего влияния при Петре
достиг Александр Меншиков (род. 1673
г.), который мальчиком торговал
пирогами на улицах Москвы. Наряду
со своими великими и неоценимыми
для России качествами, Петр I был
также человеком суровым и
беспощадным; он жестоко
расправлялся с всеми теми, кто
становился поперек его дороги.
В 1695 г. Петр решил отвоевать Азов.
Для Азовского похода он собрал
большое войско, но не смог
воспрепятствовать туркам
подвозить снабжение и пополнения
морским путем. Безрезультатную
осаду Азова пришлось снять. Это,
однако, не умерило его пыл, а
наоборот - заставило с новой
энергией приступить к
строительству речного флота. В
рекордные сроки в разных местах
строились составные части галер,
которые впоследствии свозились
для сборки в Воронеж. Уже через
год мощный флот был готов и Второй
Азовский поход (1696 г.) принес
победу. Чтобы как можно быстрее
закрепить успех на Азовском море,
Петр сразу начал строительство
еще одной крепости в Таганроге, а
также морского флота. Средства
для этого должны были принести
налоги, которыми в равной мере
обложили и бояр, и знать, и
духовенство, и купечество. Размах
нового предприятия был таким, что
срочно потребовалось большое
количество квалифицированных
специалистов и за границу для
обучения были посланы несколько
десятков боярских сыновей.
Петр также стал первым из русских
царей, который побывал за
границей. В 1697 г. из Москвы
снарядилось "Великое
посольство" для путешествия по
европейским странам в связи с
переговорами о возможности
создания широкого союза против
Турции; для молодого царя это было
и удобным случаем лично
ознакомиться с достижениями
европейской науки и техники. Во
главе посольства стал Лефорт и
Федор Головин; сам Петр был членом
посольства и путешествовал
инкогнито под именем Петра
Михайлова, что не имело
практического значения и следует
скорее отнести к театральным
жестам, которые Петр любил
разыгрывать всю свою жизнь.
Путешествие
началось
с визита в
Ригу, тогда под
шведским
владычеством, а затем в Курляндию.
В Кенигсберге Петр встретился с
Прусским курфюрстом Фридрихом III (с
1700 г. прусский король Фридрих I), а
затем Петр, опережая посольство,
направился в Голландию, где в
течение нескольких месяцев он
работал в качестве рабочего на
судоверфях. Побывал он и в Англии
в гостях у короля Вильгельма III
Оранского, одновременно
штадтгальтера Нидерландов. Петр
посещал всё, что только можно было:
судоверфи, мануфактуры, печатные
дворы, государственные
учреждения, музеи. И везде он вел
политические переговоры, в том
числе и в Вене, куда он прибыл в
половине 1698 года. Но результатов
Петр не добился никаких, главным
образом потому что в тогдашней
европейской политике турецкий
вопрос играл второстепенный
вопрос. Дипломатов Англии,
Франции и Австрии занимали другие
дела: их глаза были прикованы к
Испании, а их умы уже просчитывали
будущие ходы в игре за наследство
последнего из испанских
Габсбургов, Карла II. Их интересы
были небеспочвенными, так как в 1700
г. Карл умер и сразу же после его
смерти Западная Европа
погрузилась в хаос страшной и
разорительной Войны за испанское
наследство.
Петр еще планировал посетить
Венецию, но поездку пришлось
отложить, так как от прибывших в
Вену курьеров он узнал о новом
стрелецком бунте в Москве. На
обратном пути в Россию он еще
встретился в Раве Русской с
королем Саксонии и Польши,
Августом II. Предметом переговоров
обоих монархов стал вопрос о
союзе против Швеции, в которой
правил тогда шестнадцатилетний
Карл XII. Из войны со Швецией Россия
могла извлечь ощутимую пользу:
отвоевать земли утерянные Иваном
Грозным и выйти к
Балтийскому
морю. Вероятно эта мысль созрела в
голове Петра во время поездки по
Европе, а утвердил её Август II,
рисуя перспективу широкого
антишведского союза, к которому
присоединилась бы и Пруссия и
особенно Дания - главный соперник
Швеции в Балтийском море.
Еще до возвращения царя, его
приближенные усмирили новый
стрелецкий бунт, так что России в
то время не угрожали новые
внутренние трудности. Тем не
менее Петр приказал провести
новое следствие по делу о
стрелецком бунте, с применением
жестоких пыток. Тысячу стрельцов
казнили на Красной Площади, а
Софью, которой доказали
подстрекательство к бунту,
постригли в монахини и заточили в
монастырь. Но и там её заставили
быть свидетельницей казней
соучастников заговора.
Одновременно
Петр начал проводить в жизнь
первые преобразования, особенно в
области обычаев. Так, доступ ко
двору получили только лица одетые
по-европейски и чисто побритые -
последнему требованию следовало
повиноваться неукоснительно.
Случалось, что царь лично стриг
особенно упорствующих бояр и
резал чрезмерно длинные полы и
рукава их одеяний. Вопрос о
бородах ставился ясно и жестко:
они были дозволены только
духовенству и низшему сословию;
купцам разрешалось носить бороды
при условии оплаты особого, "бородового"
налога. Петр был прав, сплеча рубя
бороды, этот признак старого
порядка - от древних обычаев
следовало отказаться так как
новая жизнь, новые нужды и задания
требовали новых, высоких темпов,
которые были исключены при старом
образе жизни, не имевшем ничего
общего со спешкой. Совсем
наоборот - высокие темпы жизни
вообще не были возможны уже хотя
бы по причине тяжелых и длинных
одеяний и неудобных бород. Но
однако с другой стороны
значительная часть общества
встретила такое нововведение
враждебно, увидев в ним
святотатство против веками
установленных обычаев и таким
образом Петровские
преобразования с самого начала
встретили растущее сопротивление. |
|
М.
Арушев |
|
|
|
