| Великий
Князь Димитрий Иванович -
выдающийся политик,
государственный деятель и воин.
Его правление было отмечено
решительными сдвигами именно в
политической сфере жизни. Дело
возвышения Москвы требовало
решения и задач созидательных,
устроение собственного дома - с
этого начинал данное
общегосударственное дело Великий
Князь. В укладе великокняжеского
дома важную роль сыграл его брак.
Семейная жизнь великокняжеской
четы проходила под духовным
руководством митрополита Алексия,
позже - Феодора Симоновского.
Оказывал на неё влияние и
преподобный Сергий: из двенадцати
детей Димитрия Ивановича и
Евдокии Димитриевны двое сыновей
были крещены именно Троицким
игуменом. Автор
Слова о житии Димитрия Донского
находит глубокие слова для
описания совместной жизни
великокняжеской четы: Еще и
мудрый сказал, что любящего душа в
теле любимого. И я не стыжусь
говорить, что двое таких носят в
двух телах единую душу и одна у
обоих добродетельная жизнь, на
будущую славу взирают, возводя
очи к небу. Так же и Димитрий имел
жену, и жили они в целомудрии. Как
и железо в огне раскаляется и
водой закаляется, чтобы было
острым, так и они огнем
Божественного Духа распалялись и
слезами покаяния очищались. В
качестве же основной личной черты
Великого Князя он называет
необыкновенную любовь к Богу.
Одно из имен, которым наделяет
древний книжник Димитрия
Ивановича в похвале ему - С Богом
все творящий и за него борющийся.
Царским саном облеченный, жил он
по-ангельски, постился и снова
вставал на молитву и в такой
благости всегда пребывал. Тленное
тело имея, жил он жизнью
бесплотных. Землею Русскою
управляя и на престоле сидя, он в
душе об отшельничестве помышлял,
царскую багряницу и царский венец
носил, а в монашеские ризы всякий
день облекаться желал. Всегда
почести и славу от всего мира
принимал, а крест Христов на
плечах носил, божественные дни
поста в чистоте хранил и каждое
воскресение Святых Таинств
приобщался. С чистейшей душой
перед Богом хотел он предстать;
поистине земной явился ангел и
небесный человек.
С
именем Димитрия Ивановича
связано строительство целого
ряда новых монастырей и храмов. По
благословению преподобного
Сергия он заложил в 1378 г.
Успенский Стромынский монастырь;
предполагалось - в преддверии
решающей битвы с Ордой - собрать в
него молитвенников со всей
Русской земли, чтобы духовно
поддержать Русь. Настоятелем
монастыря стал ученик
преподобного Сергия, Леонтий.
Другой, также Успенский монастырь,
Великий Князь построил в
благодарность Богу за победу в
Куликовской битве. Его называют
монастырем на реке Дубенке;
первым его игуменом также был
ученик преподобного Сергия,
будущий святой Савва
Звенигородский. На самом
Куликовом поле был построен
монастырь Рождества Богородицы:
победа произошла именно в этот
праздник. Также после победы
Димитрий Иванович построил
Николо-Угрешский монастырь под
Москвой и церковь в Москве Всех
святых на Кулишках. В 1379 году
опять-таки с помощью преподобного
Сергия, Димитрий Иванович
выстроил Голутвинский монастырь,
а также каменный Успенский собор
Симонова московского монастыря. В 1370-е
гг. включился Великий Князь
Димитрий Иванович в борьбу с
Золотой Ордой. Это движение,
вдохновляемое русской Церковью,
широко развивалось среди
порабощенного народа. В 1376 г.
состоялся поход на Волжскую
Булгарию. Русские осадили Булгар
и, несмотря на наличие у города
пушек - невиданного по тому
времени оружия, - вынудили его к
сдаче. Это был значительный успех
Москвы, её первая наступательная
победа в борьбе с татарами. В 1378 г.
Мамай послал на Русь большое
войско, во главе которого стоял
воевода Бегич; в июле татары
вторглись в рязанские земли.
Поход этот имел целью не только
ограбление Рязанского княжества,
но, судя по размерам обозов, Бегич
не исключал возможности дойти и
до самой Москвы. Навстречу врагу
выступил Димитрий Иванович, полки
которого разбили татар.
Выигранная битва на реке Воже
была генеральной репетицией
сражения на Куликовом поле.Приближался
грозный 1380 год. Узнав о
приготовлениях Мамая, Великий
Князь Димитрий Иванович начал
собирать силы для отпора: он
понимал, что Русской земле
угрожает повторение страшных
ударов 1237 - 1240 гг. Наступил
решающий момент его жизни; все
предшествующее было лишь
подготовкой сентября 1380 г.
Великий Князь был готов к
осуществлению возложенной на
него задачи. Противостояние
татарам мыслилось ему не одинокой
оппозицией Московского княжества,
но отпором со стороны союза всех
русских уделов, стремившихся не
только освободить свою родную
землю, но и защитить веру.
Как
выше уже говорилось, на все свои
деяния Великий Князь стремился
получить благословение Церкви. В
ответственный момент своей жизни
Князь хотел иметь реальную
духовную поддержку. Именно за ней
он обратился к великому
молитвеннику, при жизни
прославившемуся чудесами и
почитаемому святым преподобному
Сергию. На второй день Успения,
когда в окрестностях Москвы уже
собирались войска, приходящие на
его зов с разных концов Русской
земли, Великий Князь со свитой
отправился по Владимирской
дороге в Троицкий монастырь.
После литургии состоялась беседа
Сергия с Димитрием Ивановичем.
Святой немедленно благословил
его идти на битву, уповая на Бога,
и обещал с несомненностью высшую
помощь. Он предсказывал ему
победу, говорил о венцах,
уготованных многим православным
воинам в предстоящей битве, -
самого же Великого Князя смертная
участь в ней должна была миновать.
Димитрий Иванович просил
преподобного Сергия отпустить с
ним на битву двух монахов
Троицкого монастыря - Александра
Пересвета и Андрея Ослябю. Вряд ли
они - при его
стопятидесятитысячном войске -
нужны ему были как дополнительные
ратники, - хотя их, бывших брянских
бояр, отличали воинские выправка
и искусство. Скорее всего, в их
лице на бой с татарами как бы
отправлялся сам преподобный
Сергий. Вероятно, их тут же, ввиду
смертельной опасности, постригли
в схиму; схимническое облачение,
которое, по словам святого, должно
заменить им шлем и доспехи,
возложил на них он сам. Получив
вместе с благословением
Преподобного новые великие силы,
Димитрий Иванович со своими
воинами возвратился в Москву. По
церковной традиции как раз перед выступлением Великого Князя
против татар произошло божественное знамение - во Владимире
были открыты мощи князя Александра Невского, прадеда Димитрия
Ивановича.
|
Инок-пономарь
той церкви, где находилась гробница князя, ночью спавший
на паперти, якобы внезапно увидел, что свечи, стоящие
перед иконами, сами собой загорелись, и к гробу подошли
два старца, вышедшие из алтаря. Обратившись к лежащему
там князю, они воззвали к нему, понуждая встать и выйти
на помощь правнуку, идущему на бой с иноплеменниками.
Князь встал и вместе со старцами сделался невидимым;
наутро гроб был выкопан, и были обнаружены нетленные
мощи. Видимо, об этом событии Димитрий Иванович узнал
еще до битвы; оно должны были стать достоверным
свидетельством незримой помощи ему |
 |
со стороны его
великого предка.
Сбор
войска Русской земли был
назначен в Коломне; некоторые
удельные князья со своими
полками явились в Москву. На призыв Димитрия Ивановича
откликнулись практически все
княжества - за исключением
Рязанского, Нижегородского и
Тверского. 20 августа после
молебнов в Кремле войско
Великого Князя вышло из трех
кремлевских ворот; возле
каждых стояли священники,
которые благословляли
ратников и кропили их
освященной водой.Полки
двинулись к Коломне. По пути, проходящему через село Брашеву,
Великий Князь положил начало новому монастырю. Произошло
это так. Проезжая по лесу, Князь увидел на одном из
деревьев образ Святителя Николая.
 |
Восприняв это явление как
благоприятный знак, он
воскликнул: Сие место угреша
мя!, пообещав затем в случае
победы основать монастырь.
Николо-Угрешский монастырь,
построенный после
Куликовской битвы, имел столь
редкий по тем временам
белокаменный храм.
Исключительно
важным событием, особо
отмеченным во всех
исторических источниках,
был переход на службу
московскому князю двух
сыновей Ольгерда
литовского - Димитрия и
Андрея. Их полки, вместе с
войсками других уделов,
соединились в Коломне с
пришедшими из Москвы
ратями и направились
навстречу врагу. |
|
М.
Арушев |
|
|