|
|
|
Английские народные
сказки |
|
Кэт Шелкунчик |
Жили-были когда-то,
как это бывает на свете, король, королева и королевские дети. Дочку
короля звали Энн, а дочку королевы-Кэт. И хотя Энн была куда краше
Кэт, девушки любили друг друга, как родные сестры. Но королева никак
не могла примириться с тем, что дочь короля красивее ее дочери, и
она задумала превратить Энн в дурнушку. Вот пошла она за советом к
птичнице, и та велела на другое же утро прислать к ней девушку, но
обязательно натощак.
На другое утро, раным-рано, королева и говорит принцессе Энн:
- Сходи-ка, милочка, в ложбину к птичнице и попроси у нее яиц!
Энн вышла из дому через кухню; увидела там горбушку хлеба, взяла
ее и съела по дороге.
Пришла к птичнице и попросила у нее яиц, как было ведено. А
птичница ей и говорит:
- Подними-ка крышку вон с того горшка и загляни в него!
Девушка так и сделала, но ничего с ней не |
 |
случилось.
- Ну, ступай домой к мачехе, - молвила птичница, - да скажи ей,
чтобы покрепче запирала кладовую! |
Вот вернулась девушка домой и передала королеве слова птичницы.
Тут королева поняла, что девушка перед уходом что-то съела.
На другое утро королева стала сама следить за принцессой и
отправила ее из дому натощак. Но принцесса по дороге увидела
крестьян, которые собирали горох, и ласково заговорила с ними.
Крестьяне дали ей горсточку гороха, и она съела его на ходу.
Когда же она пришла к птичнице, та сказала:
- Подними-ка крышку вон с того горшка и загляни в него!
Энн подняла крышку, но опять ничего с ней не случилось. Тогда
птичница очень рассердилась и сказала:
- Передай мачехе, что горшок без огня не закипит! Энн вернулась
домой и передала эти слова королеве. На третий день королева сама
пошла с девушкой к птичнице. И на этот раз, как только Энн подняла
крышку с горшка,- ее хорошенькая головка слетела с плеч, а вместо
нее выросла голова овечки.
Королеве только того и надо было! Но дочка ее, Кэт, совсем не
обрадовалась несчастью сестры. Вот достала она кусок тонкого
полотна, обмотала им голову сестре, и обе они, взявшись за руки,
вместе пошли по свету счастья искать. Шли-шли, пока не добрались до
одного замка. Кэт постучала в дверь и говорит:
- Я иду с больной сестрой. Пустите нас переночевать! Их
впустили. Оказалось, что замок этот королевский, а у короля два
сына, и один сын чахнет, чуть не при смерти лежит, но никто не может
сказать, что его терзает. И странное дело: всякий, кто сидел с ним
ночью, пропадал навсегда. Поэтому король обещал мешок серебра тому,
кто согласится пробыть в спальне его сына хоть одну ночь. Ну, Кэт
была девушка смелая и взялась посидеть у больного.
До полуночи все шло хорошо. Но только пробило двенадцать,
больной принц поднялся, оделся и крадучись спустился по лестнице
вниз. Кэт пошла за ним следом, но принц ее как будто не заметил. Он
прошел на конюшню, оседлал коня, тихонько подозвал свою собаку и
вскочил в седло, а Кэт незаметно примостилась позади него. И вот
принц и Кэт поскакали по зеленому лесу.
Кэт на скаку рвала с деревьев орехи и складывала их в свой
передник.
Скакали-скакали, пока не достигли зеленого холма. Тут принц
остановил коня и сказал:
- Распахнись, зеленый холм, распахнись, откройся! Впусти принца
молодого, и собаку, и коня!
- И меня! - добавила Кэт.
Зеленый холм тотчас открылся и впустил их. Принц спешился и
прошел в роскошный, ярко освещенный зал. Тут его окружила толпа
прекрасных фей и увела танцевать. Кэт никто не заметил: она
спряталась за дверью и наблюдала за принцем; а тот все танцевал,
танцевал, танцевал, пока не выбился из сил и не упал на мягкое ложе.
Феи принялись обмахивать его своими веерами, и вот он снова поднялся
и пошел танцевать.
Наконец пропел петух, и принц бросился к своему коню. Кэт
вскочила в седло позади него, и они поехали домой.
Наутро, когда встало солнце, в комнату принца вошли придворные;
видят - Кэт сидит у огня да орешки щелкает. Она сказала им, что
принц провел ночь хорошо, но что она больше с ним не останется, если
ей не дадут мешок золота.
Вторая ночь прошла, как первая. В полночь принц поднялся и
поскакал к зеленому холму на бал к феям. Кэт поехала с ним и опять
рвала по дороге орехи.
На этот раз Кэт и не смотрела на принца, - она уже знала, что он
будет танцевать до упаду. Зато она увидела малютку эльфа с палочкой
в руках и услышала, как одна фея сказала:
- Если трижды дотронуться этой палочкой до уродливой сестры Кэт,
она станет такой же красивой, как была.
Тут Кэт бросила один орешек, и он покатился прямо к маленькому
эльфу. Так она кидала орех за орехом, а малютка гонялся за ними и
наконец выронил палочку. Кэт подхватила ее и спрятала к себе в
передник. Но вот, как и в прошлый раз, прокричал петух, и они
поехали домой.
Не успела Кэт вернуться, как побежала к Энн и три раза
дотронулась до нее палочкой. И - о, чудо! - овечья голова упала, и
Энн опять стала такой же красавицей, как была.
На третью ночь Кэт сказала, что согласится стеречь больного
принца, только если ее потом обвенчают с ним. Все было как и в
прошлые две ночи. Но на этот раз маленький эльф держал в руках
птичку, и Кэт услышала, как одна фея сказала:
- Если больной принц съест три кусочка этой птицы, он станет
таким же здоровым, как был.
Кэт подкатила все свои орешки к маленькому эльфу, и тот позабыл
про птичку, а Кэт взяла ее и завернула в передник. Когда же запел
петух, они отправились домой. На этот раз Кэт не стала щелкать
орешки - она ощипала птичку и принялась ее варить. Вскоре из
кастрюльки пошел очень вкусный запах.
- Ах, - сказал больной принц, - как бы мне хотелось отведать
хоть кусочек этой птицы!
Кэт дала ему кусочек, а он слегка приподнялся, опершись на
локоть, и опять сказал:
- Ах, как бы мне хотелось съесть еще кусочек!
Кэт дала ему второй кусок. Тогда принц сел на постели и снова
попросил:
- Ах, вот бы мне съесть третий кусочек! Кэт дала ему третий
кусочек, и он встал - здоровый и сильный, - сам оделся и сел у огня.
И когда наутро к принцу вошли люди, что же они увидели? Принц и Кэт
сидят рядышком и щелкают орешки.
А тем временем второй принц познакомился с Энн и влюбился в нее,
как и каждый, кто видел ее милое, хорошенькое личико.
И вот один принц женился на Кэт, а другой - на Энн.
И с тех пор они жили, не тужили и никогда не пили из пустой
бутыли. |
|
